Глава 23. Моя мама

Я боготворю ее. Может быть потому, что я не проходила с ней подростковый период. Как многие дети до десяти лет, я не замечала ее недостатков, а быть рядом с ней в тринадцать, восемнадцать и тридцать лет мне было не суждено. Никакой конкуренции между матерью и подросшей дочерью у нас не было. Она была и есть идеал женщины для меня.

С другой стороны, в этой книге я анализирую травму поколений. Нескольких поколений обоих родителей. Я потомок моей мамы и моего папы. Я объединила в себе две абсолютно разные линии жизни и стала наследницей двух травм. И если с травмой поколений со стороны отца все детально описано, осознанно, принято и прожито, то вопросов к травме, переданной мне от мамы очень много.

Мама, мой двоюродный брат Вадим и я

Я женщина, которая до определенного этапа в жизни выбирала себе в партнеры холодных, безответственных, склонных к насилию и алкоголизму мужчин. Таких, кто давал мне повторение детско-родительских отношений с отцом. Теперь нужно разобраться, а почему моя мама выбрала именно такого отца для своих детей…   Я должна признать, что жизненный выбор моей матери повлиял на мою дальнейшую судьбу, поэтому останавливать цепочку травмированных поколений нужно с учетом ее жизненной истории.  

Почему образованная, привлекательная и успешная женщина, пусть даже пережившая тяжелый опыт отбывания наказания в колонии-поселения, выбрала пьющего и беспомощного хулигана, неумеющего любить? Хорошего, симпатичного, начитанного, но не приспособленного к жизни , не умеющего защитить и прокормить своих детей. Что повлияло на ее выбор?

Чтобы ответить на этот вопрос, мне опять необходимо перемотать пленку жизни женщин по линии моей матери на 100 лет назад. Перемотав ее, я перемещаюсь в маленькую русскую деревню под городом Тула. В деревянном доме без удобств, с русской печью, веретеном и старыми лаптями в углу, по сути, будучи рабами на родной земле, зародилась семейная пара.

Девушку звали Дарья, а парня Семен. Кто-то из них называл себя потомком одной из народностей, населявших современную Россию, под названием «мордва». Однако я, глядя на сохранившиеся фото деда Семена и бабы Даши, никаких внешних отличительных особенностей от русских не замечала. Опишу моих предков так: бедная русская семья из глубинки, живущая по законам того времени.

В платке баба Даша, а рядом дед Семен.

Дарья родила 12 детей. Порой она рожала прямо в поле, так как времена были настолько тяжелые, что прерывать процесс посадки, обработки, сбора урожая было недопустимой блажью. Женщины занимались тяжелым трудом наравне с мужчинами, не получая никаких послаблений для восстановления после родов и ухода за детьми. За ее старшими детьми ухаживали (по мере возможности) пожилые женщины, неспособные работать в поле, а потом подросшие возились с младшими. Из 12 детей выжили только шестеро. Остальные умерли от голода, болезней или погибли во время войны. Моя мама родилась 2 декабря 1950 года. Через 5 лет после окончания Второй мировой войны, у нее оказалось больше шансов для выживания. Более того она была любимицей своей матери, а повзрослев получила прекрасное образование.  Выжив в раннем возрасте, моя мама имела все шансы стать счастливой. В отличии от моего отца мама получила любовь от своей матери, умела любить  ответ, была добра и терпелива к другим. Что же подтолкнуло ее в объятия алкоголика?

Ответ нашелся в изучении поведения и стиля жизни моего родного деда по имени Семен. Он пил. Много. Он умер после продолжительных запоев. Он, несомненно, любил жизнь. Из рассказов маминых сестер я узнала, что он был добряк и весельчак. Любил утехи, наслаждался ими, не прилагая ни малейших усилий, чтобы предотвратить постоянные беременности моей бабушки. Добрый в душе, но безответственный пьющий человек. Мама полюбила и родила нас с братом от человека с такими же повадками. А через поколение я выбрала в отцы моему ребенку некоторую трансформированную копию этих мужчин – Петрова.

А когда я начала встречаться с противоположностью моего деда Семена и моего папы — Георгием, я начала ломать стандартный сценарий травмированных женщин по маминой линии.  Я приняла в свою жизнь другой типаж мужчины не совсем по собственному решению.

Мне написала сообщение моя подруга по имени Заузамира. Она знала Георгия по его постам в социальных сетях и видела, что мы неравнодушны друг к другу в последнее время. Зау написала, что семейная жизнь – это не про брутальность и байкеров. Что с надежными и ответственными мужчинами, каким она видит Георгия, не страшно быть слабой. А мы иногда бываем слабы и уязвимы.

— Не гонись за внешним образом, дай ему шанс. Такие мужчины, как Георгий, прекрасные отцы и партнеры.

Обычно я редко прислушиваюсь к мнению других людей, а ей поверила. А что, если и правда я смогу быть счастлива с ним? Может быть не нужно смотреть только на дерзких, развязных, мужественных хулиганов? Хочу ли я снова повторения дерзости, которую во всей красе мне демонстрировал Петров?

Моя мама сожалела о своем выборе и хотела уйти от моего отца. У меня даже сохранилось ее письмо сестре, где она пишет о невыносимости этих отношений. Я помню, как просила ее развестись с ним, так как мы устали от погромов, пьянства, побоев и постоянных скандалов.

Мое самое счастливое воспоминание детства отпечаталось в памяти очень четко, но в нем нет отца. Мы в квартире втроем: мама, я и брат. Отца несколько дней назад увезли на 9 суток в вытрезвитель за то, что он обматерил соседку и ударил ее. Мама проветрила квартиру, сделала уборку и повесила красивые занавески. Отец не разрешал их вешать по только ему известной причине и наш дом всегда выглядел неуютным из-за этого. Сейчас же теплый свет от торшера летним вечером, сделанные мамой драники из картошки, сладкий чай и красивая тюль на окнах дарили нам с братом и мамой те редкие минуты семейного счастья и спокойствия. Мы на время забыли, что такое страх, пьяные разборки, битая посуда, дым от сигарет и вечное недовольство отца. Я хотела, чтобы всегда было так, как этим вечером. Никто не запретил маме читать нам сказки перед сном, щекотать нас, гладить спинки. Никто не сказал, что своими куриными нежностями ты сделаешь из них мамсиков, особенно из брата, которому вообще мало досталось маминой любви. Отец ревновал ее к нам, только потому, что сам всегда мечтал получить хоть капельку любви от своей матери. Мне было стыдно за мои мысли, но я спросила маму:

— А можно папе подольше побыть там с дядями милиционерами? Они ведь его не обижают? Нам лучше без него с тобой.

Мама ответила, что он скоро придет. Но она решила с ним развестись. Она строго посмотрела на меня и попросила сохранить в тайне, что бумаги для развода готовы, а мы с ней уедем в ближайшее время в Москву. Там маме предложили хорошую работу, мы с братом будем ходить в школу, кататься на каруселях в красивых парках, а когда вырастем — получим хорошее образование. Я засыпала в тот вечер с мечтами об этой новой жизни. Я любила и люблю своего отца, но быть рядом с ним не хотела. Когда это прочтут матери, которые живут с тиранами ради того, чтобы у детей был отец, то перечитайте воспоминания 9-летней девочки выше. Мы не хотели жить с таким отцом. Выбор женщины быть рядом с таким мужчиной, прикрываясь заботой о детях, – самообман.

Слева направо: мама Таня, сноха Лана, сестры мамы Вера и Шура.

Никакой Москвы не случилось. Совсем скоро после того счастливого теплого вечера с мамой, она узнала, что больна раком груди. Ей ампутировали грудь, сделали химиотерапию, а вскоре она умерла. Перед своей смертью на мой вопрос о нашей с ней жизни без него, мама Таня ответила, что он родной отец, остальным вы не нужны. Она умерла 5 февраля 1994 года в возрасте 44 лет. Ее пришла проводить в последний путь ее мама. Баба Даша хоронила любимую дочку, которой суждено было быть счастливой, но что-то пошло не так.

 Тем не менее, я считаю, что мама прожила достойную жизнь. Она ошибалась и платила за свои ошибки. Она любила нас здоровой любовью всем своим сердцем.

Я стала той, кому она помогла осуществить право на счастье. На мне остановилась больная зависимость женщин по материнской линии к уничтожающим их отношениям. Почти каждый день мы пьем чай по вечерам в уютной квартире с теплым светом. В моей семье не живет страх и нет алкоголиков. Я вовремя остановила связь с тираном, не дожидаясь разрушения моего здоровья и личности. Моим партнёром стал добрый, надежный человек. Он же фактический отец моего единственного сына.

 Мамина травма поколений и ее жизненные решения стали уроком для меня, я благодарна за этот опыт. 20 августа 2014 года я стала законной женой человека, которого бы очень сильно полюбила моя добрая мама. Дарья, Татьяна и Анастасия. Три женщины, рожденные для того, чтобы быть счастливыми, но пережившие много страданий и боли. Дарья и Татьяна помогли мне жить по-другому, забрав себе большую часть нашей общей «травмы». Мое здоровое отношение к жизни – следствие их любви друг к другу и ко мне. Я до конца своих дней буду благодарна им за эту любовь. Покойтесь с миром мои любимые сильные женщины… Я вас не подведу!

Аватар

Опубликовано автором:

Анастасия Шестаева (Ивкина)
Занималась PR-проектами и интернет-продвижением авиакомпании Air Astana. В данный момент являюсь независимым консультантом по кризисным коммуникациям и SMM-стратегии. Организатор первых официальных слетов Almaty Spotting Club. Идейный вдохновитель и автор нескольких репортажей на Voxpopuli.kz.

Похожие статьи:

Наверх