Глава 2. Как я стала стюардессой

Некоторые девушки мечтают стать стюардессами, а я никогда не думала об этом. Кстати слова «стюардесса» и «стюард» не используется в профессиональных кругах как обозначение профессии. В авиации принято говорить бортпроводник или бортпроводница. Но это было небольшое отступление, а сейчас вернемся к основной линии повествования. Будущая бортпроводница Анастасия в детстве мечтала стать военным корреспондентом. Я хотела побывать во всех горячих точках на земле. Все мое детство было, как одна большая горячая точка. Например, мой отец будил нас с братом посреди ночи, зажигал спичку и давал задание одеться пока горит пламя. Еще он учил меня запоминать номера машин, детали, одежду людей, развивая во мне наблюдательность и память. Такое ощущение, что он готовил меня к работе в реальных боевых условиях или слишком увлекся шпионскими детективами.

Несмотря на мое сильное желание стать военным репортером, что-то не сложилось.  Помню лет в 15-16 я часто садилась на 92-й алматинский автобус и ехала до конечной. Наблюдала за миром вокруг. Анализировала. Запоминала. Мысленно создавая истории о людях, которых видела вокруг. Конечной остановкой автобуса номер 92 был аэропорт. Там я выходила, смотрела через забор на самолеты и возней около них, а потом снова садилась на автобус и ехала домой. 

Однажды ко мне в автобусе подсела бортпроводница. Она была красивой, но выглядела уставшей после рейса. В форме синего цвета. Судя по всему, она прилетела из дальних стран, которые я видела только по телевизору и мечтала туда попасть (для создания репортажей, не иначе). И даже рядом с ней у меня ничего не екнуло. Маленькой девочкой, лишь однажды, я летала с отцом на самолете. Меня укачало в полете. Я крутилась около туалета. Стюардессы в этот момент нарезали колбасу, потом раздавали нам бутерброды. Перелет был из Караганды в Алматы. Ничего интересного для меня в этом перелете не запомнилось. Удивительно, но через много лет я стала человеком, который создавал новое восприятие этой профессии.  За свою жизнь я сделала десятки проектов, репортажей, роликов и статей о бортпроводниках. Я старалась донести до аудитории, что бортпроводники – это не нарезчики колбасы. Это люди, которые обучены спасать жизни в экстренной ситуации. Вскоре и я научилась спасать жизни, оказывать первую помощь на рейсе и разогревать питание. Колбасу мы не резали, времена изменились.

Как я попала в авиацию в 22 года? До авиакомпании я работала в казино, зачно училась на факультете журналистики и ходила на курсы английского языка. Именно знание языка открыло мне дверь в авиацию. А еще моя учительница на языковых курсах — Наталья Ивановна. Она буквально силой заставила меня сделать первый шаг, не разрешая посещать уже оплаченные занятия до тех пор, пока я не отправлю резюме в авиакомпанию. Я очень медлила тогда, так как была не уверена в своих силах и очень боялась говорить на английском языке.

В 2005 году я отнесла резюме в тогда еще совсем юную авиакомпанию «Эйр Астана». По сути, мы росли вместе. В резюме я указала свой статус как заочной студентки, хотя на тот момент уже понимала, что университет не закончу. Помню, что на первое собеседование я надела свой лучший брючный костюм черного цвета. Желающих летать было очень много, и пока мы ждали вызова на интервью в коридоре офиса, меня все время принимали за действующего сотрудника авиакомпании и что-то спрашивали. Видимо настолько презентабельно я выглядела и излучала внешнюю уверенность со спокойствием. На деле же я страшно нервничала и смутно верила, что смогу ответить хоть на один вопрос на английском языке. На счастье первое собеседование прошло успешно. Через месяц меня вызвали на второе, где в одной комнате собрали около 15 потенциальных претендентов на позицию бортпроводника. Собеседование вел прежний президент авиакомпании, британец Ллойд Пакстон. На английском с британским говором мистер Пакстон дал нам задание поработать в группе. Нам следовало представить, что мы оказались на необитаемом острове и решить коллективным умом какие 3 вещи мы берем туда с собой. Признаюсь честно, я не поняла точно, что говорил мистер Пакстон. И суть задания стала мне ясна только в момент обсуждения ребятами из группы. Русский-английский я понимала более сносно, чем оригинальную версию. Я молчала все обсуждение, так как боялась вымолвить хоть слово. Мне казалось, что они не поймут ничего из моей речи. Больше всего говорила выпускница Института иностранных языков и почему-то она всех заставляла взять энциклопедию, чтобы в ней прочесть как соорудить плот. Почти под конец обсуждения я поняла, что должна что-то сказать, иначе меня не примут на работу. Немые бортпроводницы им не требовались.

Естудей, ай со зе филм — Робинзон Крузо. Ю ноу ват ай сажест то тейк то зе айланд – зе рэдио. Ви нид э рэдио.

Я не утрирую. Уровень моего английского тогда был именно таким. Произнеся эту фразу я покраснела, замолчала и была готова умереть под столом от стыда. Мне повезло, что через секунду основную скрипку снова перехватила девушка из Института иностранных языков. Однако боковым зрением я заметила, что после моего краткого и единственного выступления мистер Пакстон что-то чиркнул в блокноте.

Как выяснилось позже, я была права на счет радио. Это важная и нужная вещь в самолете. Позже, уже на обучении в Нидерландах, мне показали, где располагается радиотрансмитер и как его активировать.

После второго интервью я прошла медицинскую комиссию. Никогда до этого я не сдавала столько анализов и не бывала у стольких врачей. Я вообще не помню, чтобы отец возил нас к врачам в детстве. К моему удивлению я оказалась здорова и годна к выполнению полетов. Конечно, это стоило мне нервов. Врачи пытались выискать во мне болячки, придираясь к увеличенным гландам, нестандартному расположению правой почки и мастопатии. Пройдя кучу дополнительных анализов, подтверждающих, что все в пределах нормы, через месяц беготни по клиникам, я получила медицинский допуск к полетам.

Далее мне предстоял марафон по экстремально быстрому доучиванию английского языка на начавшемся обучении для бортпроводников в Амстердаме. Моя мотивация пройти курс и сдать экзамен подкреплялась простой фразой девушки из отдела кадров: «Те, кто не сдаст экзамен, будет возмещать авиакомпании около 4 тысяч евро за перелет, проживание и обучение». Никаких тысяч евро у меня не было, поэтому я зубрила-зубрила-зубрила учебник для бортпроводников. Manual – моя первая и последняя в жизни книга, которую я выучила наизусть. Итогом зубрежки стал ожидаемый результат. Финальный экзамен я сдала успешно. Летом 2005 года я получила лицензию бортпроводника с доступом к полетам на «Боигах» и «Эйрбасах».

Амстердам, 2005. Мое обучение

Так началась прекрасная пора моей молодости. Последующие четыре года жизни прошли в непрерывных полетах. Больше тысячи часов в небе, десятки городов, миллионы пассажиров и много бессонных ночей. Я не стала военным репортером и не побывала в горячих точках. Осенью 2005-го я приехала на служебном автобусе на мой первый рейс в Актобе. В форме синего цвета. Со временем эта работа стала смыслом моей жизни. Я получила ее благодаря упорству, базовым знаниям английского языка, миловидной внешности и везению.

В таких тренинг-центрах обучают бортпрооводников
Фото Николая Устинова

В авиакомпании я была гиперответственной сотрудницей, ни разу в жизни не опоздала на рейс (не говоря уже о прогулах) и шустро росла по служебной иерархической лестнице.  Это был мой выигрышный лотерейный билет, и я его ценила, берегла.  Я выбралась из бедности в небо. В те годы я не строила серьезных отношений, не любила домашний уют, редко виделась с друзьями и не грустила, когда оказывалась на праздники в другой стране. Совершив международный рейс, мы имели возможность несколько дней пожить в стране прилета. Для экипажа всегда бронируют очень хорошие гостиницы и платят командировочные деньги.

Мне нравилось гулять в разных городах мира. Среди которых были: Сеул, Лондон, Стамбул, Бангкок, Москва, Франкфурт, Амстердам и другие. Я любила сливаться с толпой и чувствовала себя местной. В эти моменты я пыталась переписать мою историю жизни. Я сидела в театре в Лондоне в красивом платье, смотрела мюзикл «Король лев» и вспоминала, как в 95-м году у нас не было газа, и мы собирали дрова, чтобы сварить суп. Меня радовали эти перемены в жизни. Получив эту работу, я наслаждалась тем, что теперь все по-другому. Я добилась этого сама.

Так продолжалось 4 года. Однако впереди вырисовывалось другое будущее. Такое о котором я даже не догадывалась. Новый 2009 год я встретила дома. Домом была маленькая квартира, которую мы снимали с моим братом в Алматы.  Я уже писала, что не стремилась выпрашивать в офисе выходные для празднований дома. Я встречала новый год в разных городах, один раз в небе, бывало и по дороге из аэропорта. Тот оказался исключением. Планировалась вечеринка с друзьями и мне не хотелось ее пропускать.

 С герпесом на губе, в строгом черном платье-футляре, в окружении моих любимых подруг из авиакомпании.  Та вечеринка была весёлой, молодёжной и запойной. Где-то рядом прыгал счастливый рыженький щенок, которого мы приютили с братом незадолго до этого.

Встречая очередной Новый год, мы не знаем каким будет в следующий. С кем рядом мы окажемся? Где? Будем ли мы счастливы? Я тоже не знала. Сейчас знаю и пишу вам. Следующий 2010-й я встретила в роддоме. Полеты закончились. 30 декабря 2009 года, в возрасте 25 лет, я родила мальчика. За 2 минуты до полуночи проснулся и заплакал мой новорожденный сын. Я тоже заплакала. Не так я себе представляла свою жизнь. Я встретила тот год без герпеса на губе (спасибо Вселенной хоть за это 😊), без новогодних салатов, без друзей и без веселья. Вместо красивого черного платья-футляра на мне была больничная пижама. Я встретила новый год в одиночестве, с кричащим розовым беспомощным младенцем на руках и потенциальным прочерком в графе отец. Проплакав минут 20, я осознала, как много мне пришло смс с поздравлениями от друзей и коллег. Все писали о начале новой страницы жизни. Все радовались появлению на свет моего здорового пацана. Я вспомнила про вкусности, которые мне принесли вечером 31-го моя близкая подруга Зуля и ее сестра Таня. Я осознала, что я не одна. Материнство открыло новую страницу моей жизни. Позади остался болезненный след от недавней потери отца, полеты, поклонники, учеба в языковой школе Великобритании, походы по театрам, музеям, foot массаж Таиланда, конкурс красоты среди стюардесс в Китае и моя юность. Я стала мамой.

Аватар

Опубликовано автором:

Анастасия Шестаева (Ивкина)
Занималась PR-проектами и интернет-продвижением авиакомпании Air Astana. В данный момент являюсь независимым консультантом по кризисным коммуникациям и SMM-стратегии. Организатор первых официальных слетов Almaty Spotting Club. Идейный вдохновитель и автор нескольких репортажей на Voxpopuli.kz.

Похожие статьи:

Наверх